Достаточно часто граждане, которые обращаются ко мне с просьбой оказать помощь в решении вопросов, так или иначе связанных с юриспруденцией, также просят меня оценить шансы на успех рассмотрения дела. Если проблема связана с защитой прав потребителей, то в большинстве случаев прогноз a priori весьма оптимистичен: ход мыслей продавца вполне предсказуем, и его действия после получения претензии также весьма четко регламентированы в соответствующих правовых актах. Также никаких затруднений не вызывают дела, связанные с взысканием задолженности или с расторжением брака.
Совсем по-иному обстоят дела с административными правонарушениями в области дорожного движения. Даже в тех случаях, когда неправомерность действий одного из участников ДТП или сотрудников ГИБДД очевидна, убедить в этом представителей власти получается далеко не всегда.К примеру, в моей практике было два абсолютно абсурдных случая: в первом вина гражданина, нарушившего ПДД, была очевидна, однако суд не привлек его к административной ответственности, во втором все было с точностью наоборот – ни один материал дела не подтверждал его вины, однако суд привлек его к ответственности, и ни апелляционная, ни надзорная инстанция ниаких процессуальных нарушений не нашли. К счастью, подобные случаи, хотя и встречаются, тем не менее, не очень распространены. Иногда вовремя составленный процессуальный документ способен в корне изменить ситуацию, причем в некоторых случаях действия оппонентов оказываются весьма неожиданными.
В конце января ко мне обратился Сергей с просьбой составить заявление в группу разбора ГИБДД. Суть дела заключалась в следующем.
11 января 2010 года автомобиль, управляемый близким родственником Сергея, Т., двигался по внутренней стороне МКАД с разрешенной скоростью. Неожиданно произошел разрыв рулевой тяги правого переднего колеса, в результате чего автомобиль, потеряв управление, совершил столкновение. В результате указанного происшествия автомобилю Volkswagen Touareg были нанесены повреждения кузова, лакокрасочного покрытия, а также, вероятно, скрытые повреждения.
Предварительная версия сотрудников ГИБДД, озвученная инспектором – вина водителя Т., так как, по их мнению, он нарушил п.10.1 ПДД. То, что ДТП произошло в результате разрыва рулевой тяги автомобиля, который эксплуатировался исключительно в штатном режиме и проходил регулярное ТО в авторизованных сервисных центрах, инспектор полностью проигнорировал. Также на этой версии настаивал единственный свидетель, пассажир автомобиля Volkswagen Touareg.
Составляя заявление, я уделил особое внимание следующим нюансам.
Во-первых, согласно п.2.1 КоАП РФ, необходимым элементом состава административного правонарушения является противоправное, виновное действие или бездействие лица, за которое установлена соответствующая ответственность. Как следует из объективного анализа обстоятельств, предшествующих ДТП, последнее произошло вследствие технической неисправности автомобиля.
В тексте заявления я обратил внимание сотрудников ГИБДД на тот факт, что разрыв рулевой тяги при движении с разрешенной скоростью никоим образом не является следствием несоблюдения правил эксплуатации транспортного средства, ибо автомобиль регулярно проходил регламентные работы в авторизованном сервисном центре (документы, подтверждающие указанный факт, были приложены к заявлению). Соответственно, причинно-следственной связи между действиями Т. и совершением ДТП попросту не было.
Что касается разрыва рулевой тяги, то он, по всей видимости, является производственным браком, скрытым дефектом, который не был выявлен при регламентных сервисных работах, соответственно, объективная вина лежит на сервисном центре, где обслуживался автомобиль.
Очевидно, что пока экспертиза, которая должна была быть проведена по инициативе сторон, не исследует вопрос о наличии либо отсутствии скрытого дефекта в рулевой тяге, привлечение к административной ответственности любого из лиц, участвующих в деле, не может считаться правомерным.
Во-вторых, согласно ч.1 ст.1.5 КоАП РФ, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.
На мой взгляд, в совершении ДТП вина водителя Т. отсутствовала, так как ни одного из объективных признаков наличия административного правонарушения в его действиях не было. В то время, когда Т. почувствовал, что машина теряет управление, он, стараясь взять ее под контроль, планировал принять все меры для того, чтобы не подвергать опасности других участников дорожного движения. Обстоятельства дела были таковы, что они в принципе не могли не вызвать сомнение в виновности Т., и первоначальная версия сотрудников ГИБДД была просто несостоятельной.
Согласно п.4 ст.1.5 КоАП РФ, неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Это же подтверждается и п.13 Постановления Пленума ВС РФ №5 от 24.03.2005 г., согласно которому «неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, должны толковаться в пользу этого лица». Впрочем, в указанном постановлении речь шла о рассмотрении дела непосредственно в суде, однако цитата показалась мне вполне уместной, и повлиять на результат рассмотрения дела она все-таки могла.
Еще одна серьезная проблема, связанная с делами об административных нарушениях в области дорожного движения – шаблонность мышления органов, уполномоченных рассматривать сии категории дел. Такие фразы, как «… нет оснований не доверять представленным материалам”, «… вынужден относиться к объяснениям водителя критически, так как они даются с целью избежать административной ответственности», встречаются чуть ли не в каждом втором постановлении суда.
Собственно, было необходимо предупредить подобные действия, правда, со стороны сотрудников ГИБДД. В тексте заявления в группу разбора был включен следующий абзац.

Заранее предупреждая Ваши возможные действия, хочу отметить, что у Вас нет причин относиться к показаниям критически. Более того, объяснения никоим образом не могут служить примером того, что они даются с целью избежать привлечения к административной ответственности.
Дело в том, что речь идет в первую очередь о причинах ДТП, и именно указанный вопрос должен быть разрешен в ходе производства в «группе разбора». В силу того факта, что причиной ДТП является скрытый дефект, своевременно не выявленный специалистами авторизованного сервисного центра, речь идет о разрешении вопроса в гражданско-правовой плоскости.
В конечном счете причиной ДТП являются обстоятельства непреодолимой силы, ведь именно разрыв рулевой тяги повлек за собой столь серьезные последствия, как повреждение автомобиля другого участника дорожного движения. Принципиальная невозможность прогнозирования поломки рулевой тяги лицом, не имеющим специальных знаний, следует из самого характера дефекта.

Разрыв рулевой тяги действительно нельзя было предвидеть. Характер поломки, наступившей по вине специалистов, обслуживающих автомобиль, на мой взгляд, считается обстоятельством непреодолимой силы, так как является непредсказуемым и непредотвратимым. Проблема действительно неизбежно переходила в плоскость гражданско-правовых отношений, и разрешение подобных вопросов попросту не входит в компетенцию группы разбора ГИБДД, это – прерогатива суда. Тем не менее, в заявлении была ссылка на ч.1 ст.1079 ГК РФ: просто в качестве превентивного действия и для практической иллюстрации того, где именно заканчиваются полномочия ннспекторов ДПС.
Кроме того, мне также пришлось обратить внимание уполномоченных лиц на то, что в ходе осуществления дорожного движения Т. безукоризненно соблюдал ПДД: в случае совершения маневров он всегда информировал участников движения посредством включения сигналов поворота. Нарушение ПДД, в котором его обвиняют, de jure отсутствовало: все его действия были адекватной реакцией на потерю управления вследствие разрыва рулевой тяги автомобиля, и то, что удалось избежать столкновения с большим количеством участников дорожного движения, тоже целиком его заслуга как водителя.
Составив заявление, я немедленно отправил его Сергею. Прогнозировать результат рассмотения дела я даже не пытался: иногда логика сотрудников ГИБДД выглядит достаточно странной, а если учитывать то, что предварительная версия явно была не в пользу Т., то оснований для неблагополучного прогноза было более чем достаточно.
27 января я получил от Сергея письмо. Его содержание в шок меня не повергло, но удивился я безмерно.

Собственно, привожу фрагмент постановления.

Как вы можете убедиться, производство по делу было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Для меня это было абсолютной неожиданностью, хотя, несомненно, чрезвычайно приятной.